Когда «человечность» становится заголовком
С одной стороны, само слово звучит как мягкий призыв остановиться и вспомнить: за любой статистикой, рейтингом и медийным шумом стоят живые люди. С другой — сам факт, что человечность подаётся именно как тренд, как нечто, что можно зафиксировать, описать и, очевидно, конвертировать, заставляет задуматься о природе языка, на котором сегодня вообще говорят о ценностях. По данным издания prospect.com.ru (материал подхвачен «Рамблером»), директор по коммуникациям PARI заявил, что в обществе процветает именно такой тренд — человечность.
Возвращение тепла как культурная оптика
Если смотреть на подобные заявления через культурную призму, это симптом сдвига, который я бы назвала усталостью от «постчеловеческих» нарративов. Мы пережили несколько сезонов, когда в публичном пространстве царили отстранённость, ироничная холодность, алгоритмическая эффективность и эстетика дистанции. Лицо в кадре, спикер на сцене, персонаж на выставке — все словно соревновались в способности оставаться безучастными. И вот теперь тот же привычный язык трендов начинает обслуживать запрос, противоположный прежнему: на эмпатию, на прямое человеческое участие.
Стоит ли этому радоваться — вопрос открытый. Когда корпоративный коммуникатор первым произносит слово «человечность» в публичном поле, это сигнал: тема вошла в оборот, но ещё не набила оскомину. Она в той фазе, когда искренность и расчёт переплетены настолько плотно, что разделить их без специального инструмента уже невозможно. И это, пожалуй, самое любопытное — наблюдать, как рынок учится говорить на языке, который ещё вчера казался ему чужим.
Рядом — «поносить и выбросить»
Почти одновременно REGIONS.ru публикует материал о тренде в fashion-ритейле, укладывающемся в формулу «поносить и выбросить». Сообщается, что на рынке одежды формируется модель ускоренного потребления: вещь покупается, используется короткий срок и отправляется на свалку. Здесь, в отличие от истории про человечность, никакой тёплой риторики нет: экономика диктует свою логику, и человек в ней скорее функция, чем ценность.
Два этих сюжета, случайно оказавшихся рядом в информационном потоке, складываются в почти идеальную иллюстрацию того, что я бы назвала деконструкцией самого понятия «тренд». Когда-то это слово обозначало органичное культурное движение — в музыке, живописи, моде. Сегодня трендом может быть объявлено что угодно: и возвращение к тёплому общению, и отказ от него в пользу одноразовых вещей.
Как с этим жить дальше
Здесь уместно вспомнить простую, но рабочую привычку — относиться к слову «тренд» как к подсказке, а не как к выводу. Если в публичном поле кто-то — директор по коммуникациям, ритейл-аналитик или куратор выставки — говорит вам, что сейчас в моде человечность (или, наоборот, её отсутствие), это ещё не приговор и не руководство к действию. Это повод задержаться и спросить себя: а чего на самом деле хочу я сам?
Попробуйте в течение недели отслеживать, как часто слово «тренд» мелькает в вашем информационном поле — от рекламы до заголовков новостей. Сама эта частота окажется диагностическим признаком времени, в котором всё стремится быть названным, упакованным и проданным. А в момент, когда очередной бренд призывает вас к подлинности и теплу, полезно на секунду остановиться: это попытка наладить контакт или повод продать то, что вы и так уже знаете?
В конечном счёте, новость о человечности как тренде важна не сама по себе, а тем, что она возвращает нас к вопросу, который культурная среда задаёт себе с завидной регулярностью: мы действительно становимся человечнее — или просто учимся об этом громче говорить? И если второе, то не означает ли это, что где-то по дороге мы потеряли что-то, для возврата чего никакой тренд уже не поможет?